Меню Рубрики

Басни лафонтена молочница и кувшин

  • — На электричке до ж.д. станции «Царское Село — г. Пушкин», затем до остановки «Парк» на любом автобусе или маршрутном такси.
  • — От станции метро «Московская», «Звездная», «Купчино» на автобусе или маршрутном такси до остановки «Парк».

В 1808–1810 годах Александр I отдал распоряжение начать благоустройство того участка, где раньше была Катальная гора. Работой руководил садовый мастер И. Буш и архитектор Л. Руска. Между Большим прудом и Гранитной террасой был склон, который оформили в виде зеленых уступов, были проложены дорожки, а устье бокового канальца превратили в фонтан (проект инженера А. Бетанкура). В этот момент и возник замысел декорировать эту территорию парка скульптурами. Но фигура «Молочницы» появилась здесь лишь летом в 1816 году. Статую изготовил известный в то время скульптор П. П. Соколов. Источником сюжета послужила басня Лафонтена «Молочница, или Кувшин с молоком».

Скульптуру отлили из бронзы в Академии художеств. Пьедестала для бронзовой девушки служит гранитная скала. Ее разбитый кувшин, лежащий у ног, бежит струя воды, уходящую в сообщающийся с фонтаном бассейн. В первом варианте бассейн был исполнен в виде грота, к которому вела лестница, сделанная из пудостского камня. Грот существовал только до середины девятнадцатого столетия.

В годы Второй мировой войны перед оккупацией города Пушкина немецкими захватчиками фигура «Молочницы» была зарыта, поэтому фонтан не пострадал. Сегодня оригинал «Молочницы» находится в фондах музея, а в парке стоит копия, которую сделали в 1990 году. Другое более известное название фонтана Молочница» — «Царскосельская статуя» или «Девушка с кувшином».

Удобно и легко одета,
Кувшин на голову поставив с молоком,
В короткой юбке, чуть не босиком,
Спешила в город на базар Перетта.
Себя мечтой веселой окрыляя,
Молочница решила молодая,
Что будет поставщик на деньги тароват:
«Куплю тогда яиц и выведу цыплят,
У дома, во дворе, их выкормлю прекрасно,
Лисица к ним залезть попробует напрасно;
Я все обдумала хитро, умно и тонко;
Продав цыплят, куплю, конечно, поросенка,
Чтоб вырастить свинью, расходов будет грош,
Ведь поросенок мой и крупен, и хорош,
А денег за него я получу не мало.


Хотела бы я знать, что мне бы помешало
Не нагружать себе напрасно кошелька,
А выбрать в городе корову и бычка,
Мне будет за труды достойная награда
Смотреть, как прыгают они средь стада».
Тут прыгнула она сама так высоко,
Что, уронив кувшин, разлила молоко.
К нему прибавились и новые утраты:
Погиб бычок, свинья, корова и цыплята.
С отчаяньем, полна тоски,
Она глядит на черепки,
На молока погубленного лужу,
Боясь предстать разгневанному мужу.
Все это в басню вылилось потом.
Под именем «Кувшина с молоком».

Кто думал только о делах насущных,
Не строя замков на земле воздушных?
Мечтателей везде и всюду тьма,
Одни по глупости, другие от ума.
Все грезят наяву; мечтать отрадно нам:
Нас сладостный обман возносит к небесам.
Мечтаньям нашим нет предела и конца:
Для нас все почести, все женские сердца!
Я в одиночестве, как все, мечтаю,
Храбрейшему я вызов посылаю,
В мечтах я уж король, народами любимый,
Все новые венцы беру, непобедимый, —
Доколе жизнь безжалостной рукой
Меня не пробудит, вернувши облик мой.

источник

  • Лирика (1530)
  • Кулинарная копилка (1261)
  • Наше здоровье: красота души и тела (980)
  • Шиповник (10)
  • Вишневая нотка (7)
  • Сиреневая нотка (6)
  • Нотка куркумы (6)
  • Лимонная нотка (6)
  • Малиновая нотка (6)
  • Лавровая нотка (6)
  • Виноградная нотка (5)
  • Розмариновая нотка (5)
  • Лавандовая нотка (5)
  • Облепиховая нотка (4)
  • Луковая нотка (4)
  • Морковная нотка (4)
  • Мандариновая нотка (4)
  • Апельсиновая нотка (4)
  • Кабачковая нотка (3)
  • Шалфейная нотка (3)
  • Черничная нотка (3)
  • Подорожник (3)
  • Касторовое масло (3)
  • Персиковая нотка (3)
  • Яблоневая нотка (3)
  • Амарантовая нотка (3)
  • Кизиловая нотка (2)
  • Миртовая нотка (2)
  • Мумиё (2)
  • Коричная нотка (1)
  • Проза (618)
  • Природа и путешествия (609)
  • Все о кошках (426)
  • Притчи и легенды (351)
  • Интересное (264)
  • Полезные советы (239)
  • Музыка (197)
  • Любовь и верность, честь и слава (191)
  • Мой Питер (154)
  • Модные штучки (116)
  • Домашний кинотеатр (113)
  • Новый Год (97)
  • Любимое из детства (69)
  • Шпаргалка по русскому (55)
  • Я помню, я горжусь (43)
  • Искусство танца (43)
  • Чудеса света (20)
  • Французский секрет (4)

Царскосельская статуя
Н.В.Н.

Уже кленовые листы
На пруд слетают лебединый,
И окровавлены кусты
Неспешно зреющей рябины,

И ослепительно стройна,
Поджав незябнущие ноги,
На камне северном она
Сидит и смотрит на дороги.

Я чувствовала смутный страх
Пред этой девушкой воспетой.
Играли на ее плечах
Лучи скудеющего света.

И как могла я ей простить
Восторг твоей хвалы влюбленной.
Смотри, ей весело грустить,
Такой нарядно обнаженной.

Октябрь 1916, Севастополь
Анна Ахматова

На гранитной скале сидит девушка. Подперев одной ладонью щеку и держа в другой черепок, она горестно смотрит на разбитый кувшин, из которого тоненькой струйкой течет вода. Вернее, вытекает молоко, ведь эта девушка — молочница Перетта, героиня басни Лафонтена «Молочница».

В 1808–1810 годах на месте бывшего павильона Катальной горки в Екатерининском парке Царского села по распоряжению Александра I соорудили Гранитную террасу, а внизу у Большого пруда — Большую гранитную пристань. По зеленому склону проложили новые дорожки, связавшие террасу и пруд. А устье бокового канальчика, куда еще в 1770-х годах были выведены воды местного источника, скрытого под насыпью, оформили фонтаном. И еще через шесть лет, летом 1816 года, здесь появилась бронзовая фигурка, которой суждено было стать символом Царского села…

На гранитной скале сидит девушка. Подперев одной ладонью щеку и держа в другой черепок, она горестно смотрит на разбитый кувшин, из которого тоненькой струйкой течет вода. Вернее, вытекает молоко, ведь эта девушка — молочница Перетта, героиня басни Лафонтена «Молочница, или Кувшин с молоком».

Держа на голове кувшин с молоком, Перетта бежала в город на базар, а ее мечты — бежали далеко впереди нее: конечно же, за кувшин чудесного молока она выручит столько денег, что сможет купить сто яиц; вырастить из них и выкормить сто цыплят не составит никаких трудов; сто курочек легко обменять на поросенка, и «расходов будет грош»; а за крупного и хорошего поросенка она выберет в городе коровку или бычка и будет радостно смотреть, как они прыгают на лугу среди стада. Тут счастливая обладательница упитанного рогатого хозяйства от радости подпрыгнула — и уронила кувшин.

Бедная Перетта! С отчаяньем глядит она на черепки, на разлитое молоко, на разбитый кувшин — на разбитые мечты о курочках, поросенке и бычке… Такой запечатлел молочницу мастер декоративной скульптуры русского классицизма П. П. Соколов. Вернее, не совсем. Следуя традициям искусства начала XIX столетия, он изобразил не простую французскую крестьянку, а самую настоящую античную нимфу, изысканную, печальную, трогательную и необъяснимо притягательную… Вот и Александр Сергеевич, вспомнив ее осенью 1830 года в Болдине, посвятил ей «античные» строки:

Урну с водой уронив, об утес ее дева разбила.
Дева печально сидит, праздный держа черепок.
Чудо! Не сякнет вода, изливаясь из урны разбитой;
Дева, над вечной струей, вечна печальна сидит.

— словно «вечная струя», течет пушкинский стих. И нет уже мечтательницы Перетты, забыто назидание Лафонтена, даже прозаический кувшин не избежал чудесной метаморфозы! Ведь урна, круглая невысокая античная ваза с широким горлом, — не простой сосуд. Лежащая на боку, с выливающейся из нее водой, она в искусстве и Древней Эллады, и эпохи Возрождения, и более позднего времени указывала на божество, обитающее в реке.

Быть может, не традициям своего времени следовал скульптор, когда изображал героиню басни в облике античной девушки, а хотел запечатлеть божество, обитающее в Царскосельском парке. Вот уже два столетия оно хранит это место, вдохновляет поэтов и всех, чья душа открыта гармонии… И потому хочется вновь и вновь приходить к прекрасной печальной деве, смотрящей на воду, слушающей тихий говор незримого гения, живущего в источнике, — а вдруг и тебе он нашепчет что-нибудь чудесное.

В начале Великой Отечественной войны, перед вступлением в город Пушкин немецких частей, статую Молочницы зарыли в землю; благодаря этому фонтан не пострадал. Ныне бронзовый оригинал «Девушки с кувшином» (авторская гипсовая модель которой хранится в Государственном Русском музее) помещен в фонды музея-заповедника, а в парке установлена копия, отлитая в 1990 году.

Статуя «Дева с разбитым кувшином» в парке усадьбы Суханово.

Эта чугунная статуя является точной копией (без каменного основания) с царскосельской скульптуры.
«Сухановская дева» первоначально находилась в парке у источника, недалеко от пристани, а затем была перенесена к мавзолею. Теперь она печалится над могилами Пестелей и Волконских.

К сожалению, сейчас статуя находится в плачевном состоянии: нет пальцев (как раз там должна была находиться ручка от кувшина), разбито основание, образовались дыры.

Если вам посчастливится прогуляться в небольшом уютном парке позади усадьбы Бритц ( Schlo ß Britz ) под Берлином, то сможете там обнаружить знаменитую «Девушку с кувшином» из парка Царского Села в Пушкине. Немцы называют скульптуру «Milchmädchen» — «Молодая Молочница». Оказывается, этот район Берлина Нойкельн ( Neuk ö lln) является партнёром города Пушкин. И копию царскосельской статуи подарили Берлину в 1989 году .

Но это еще не все. В парке усадьбы Малая Глинике ( Klein Glienicke ) перед самым въездом в Потсдам у того самого знаменитого моста, который называют «мост шпионов», можно снова увидеть царскосельскую «Девушку с кувшином». Но, как она сюда попала?

Замок был летней резиденцией принца Фридриха Карла Прусского. Когда Прусская Принцесса Шарлотта стала Императрицей Александрой Фёдоровной, то сделала подарок родному брату Карлу. И в этом случае можно увидеть только копию, подаренную тогда же в 1989 году, т.к. первая, старинная копия, погибла во время войны.

«Milchmädchen» Schloß Britz
«Milchmädchen» Klein Glienicke

«Девушка с кувшином» Царское Село (г. Пушкин)

Процитировано 26 раз
Понравилось: 35 пользователям

источник

С Пушкиным на дружеской ноге. Бывало, часто говорю ему:
«Ну что, брат Пушкин?» – «Да так, брат, – отвечает, бывало, –
так как-то все. » Большой оригинал.

Вчера, 6 июня, был день рождения Александра Сергеевича Пушкина.
«Пушкин – это наше всё». Все знают эту фразу, ставшую крылатой благодаря нашему первому президенту. Но не все знают, что ее автор вовсе не Б.Н. Ельцин, а современник Пушкина, писатель, литературный и театральный критик Аполлон Александрович Григорьев (1822-1864). В 1859 году в своей работе «Взгляд на русскую литературу со смерти Пушкина» он писал:
«А Пушкин – наше всё: Пушкин представитель всего нашего душевного, особенного, такого, что останется нашим душевным, особенным после всех столкновений с чужими, с другими мирами. Пушкин – пока единственный полный очерк нашей народной личности, самородок, принимавший в себя, при всевозможных столкновениях с другими особенностями и организмами, – все то, что принять следует, отстранивший все, что отстранить следует, полный и цельный, но еще не красками, а только контурами набросанный образ народной нашей сущности, – образ, который мы долго еще будем оттенять красками. Сфера душевных сочувствий Пушкина не исключает ничего до него бывшего и ничего, что после него было и будет правильного и органически – нашего. (. )
Вообще же не только в мире художественных, но и в мире общественных и нравственных наших сочувствий — Пушкин есть первый и полный представитель нашей физиономии.»

Кто-то с этим может поспорить. Ну и пожалуйста. Я не хочу здесь поднимать вопросов о литературном и культурном наследии Пушкина. Просто с Пушкиным в моей семье связано много интересных событий, произошедших несколько лет назад.

Тогда моя дочь посещала литературно-исторические занятия, которые проводила замечательный человек, настоящий энтузиаст своего дела, старший научный сотрудник Государственного музея А.С. Пушкина Ольга Владимировна Мельник. Дочь ходила на них не один год, и каждое занятие превращалось Ольгой Владимировной в настоящий праздник для любознательных. А чего стоили домашние задания, которые перерастали в настоящую научную работу по поиску разных интересных фактов.

Один из циклов занятий был посвящен Царскосельскому лицею. Вспоминается задание по нахождению первоисточника истории о молочнице, ставшей темой для фонтана «Молочница» (другое название «Девушка с кувшином») в Екатерининском парке Царского Села, описанного Пушкиным в стихотворении «Царскосельская статуя».

Урну с водой уронив, об утес ее дева разбила.
Дева печально сидит, праздный держа черепок,
Чудо! не сякнет вода, изливаясь из урны разбитой;
Дева, над вечной струей, вечно печальна сидит.

В любом путеводителе можно найти информацию об этом фонтане и образе, послужившим автору – Павлу Петровичу Соколову темой для скульптуры.
Фонтан «Молочница» появился в Екатерининском парке Царского Села в XIX веке. На камне, печально склонив голову, сидит девушка с черепком в руке. У ее ног лежит разбитый кувшин, из которого бесконечной струей течет вода. Это одна из самых известных достопримечательностей парка, превратившаяся, благодаря Пушкину, в поэтический символ Царского Села. Бронзовая скульптура была изготовлена в литейной мастерской Академии художеств по модели, созданной в 1810 г. П.П. Соколовым. Темой для оформления фонтана послужила басня французского автора XVII в. Ж. Лафонтена «Молочница, или Кувшин с молоком».

Молочница
и горшок с молоком.

Е. Ламберт.
Париж. 1914 г.
Удобно и легко одета,
Кувшин на голову поставив с молоком,
В короткой юбке, чуть не босиком,
Спешила в город на базар Перетта.
Себя мечтой веселой окрыляя,
Молочница решила молодая,
Что будет поставщик на деньги тароват:
«Куплю тогда яиц и выведу цыплят,
У дома, во дворе, их выкормлю прекрасно,
Лисица к ним залезть попробует напрасно;
Я все обдумала хитро, умно и тонко;
Продав цыплят, куплю, конечно, поросенка,
Чтоб вырастить свинью, расходов будет грош,
Ведь поросенок мой и крупен, и хорош,
А денег за него я получу не мало.
Хотела бы я знать, что мне бы помешало
Не нагружать себе напрасно кошелька,
А выбрать в городе корову и бычка,
Мне будет за труды достойная награда
Смотреть, как прыгают они средь стада».
Тут прыгнула она сама так высоко,
Что, уронив кувшин, разлила молоко.
К нему прибавились и новые утраты:
Погиб бычок, свинья, корова и цыплята.
С отчаяньем, полна тоски,
Она глядит на черепки,
На молока погубленного лужу,
Боясь предстать разгневанному мужу.
Все это в басню вылилось потом
Под именем «Кувшина с молоком».

Кто думал только о делах насущных,
Не строя замков на земле воздушных?
Мечтателей везде и всюду тьма,
Одни по глупости, другие от ума.
Все грезят наяву; мечтать отрадно нам:
Нас сладостный обман возносит к небесам.
Мечтаньям нашим нет предела и конца:
Для нас все почести, все женские сердца!
Я в одиночестве, как все, мечтаю,
Храбрейшему я вызов посылаю,
В мечтах я уж король, народами любимый,
Все новые венцы беру, непобедимый, –
Доколе жизнь безжалостной рукой
Меня не пробудит, вернувши облик мой.

(перевод Б.В. Каховского)

Молочница
и горшок с молоком.

Гюстав Доре.
XIX в.

А откуда же Лафонтен взял этот сюжет?
Попытаться найти первоисточник басни Лафонтена – вот домашнее заданее, данное Ольгой Владимировной Мельник своим ученикам и их родителям (поскольку для детей младшего школьного возраста задача явно трудновата). И дала одну подсказку – Бонавентура.

Понимая, что дочери самой с этим заданием не справится, я подключился к поискам. И меня охватила лихорадка исследователя. О, как хорошо мне теперь знакомо это чувство! Когда шаг за шагом приближаешься к открытию, а потом, когда это свершилось, тебя охватывает радость, смешанная с пьянящим чувством обладания известным лишь тебе одному секретом!

Но вернемся к началу поиска.
Итак, я начал в интернете поиск всех известных людей, носивших имя Бонавентура, живших и творивших ранее Лафонтена.
Бонавентура (Bonaventura) – имя латинского или итальянского происхождения, означающее «счастливый жребий», «удача». На английском имя произносится как Бонэвенче, на французском – Бонавантюр, на испанском – Буэнавентурра, на португальском и галисийском – Боавентура, на литовском – Бонавентурас, на баскском – Буэнабендур.
Просматривая их биографии, я постепенно отсеивал не подходящих по тем или иным критериям. И более всего на роль искомого Бонавентуры подошел французский поэт Бонавантюр Деперье (в некоторых источниках его имя пишется как Бонавентура де Перье). Он был предшественником Мишеля де Монтеня, который, в свою очередь, был предшественником и зачастую вдохновителем Лафонтена.

Читайте также:  Как долго идет молочница у женщин

О жизни Деперье известно очень мало. В молодости он работал школьным учителем, а в 1536—1541 гг. служил секретарем и камергером Маргариты Наваррской. Много путешествовал. Считается, что в 1543 году Деперье в припадке ярости покончил с собой.
Деперье хорошо разбирался в гуманистических и в евангелических идеях, которые нашли отражение в его творчестве. Он написал несколько трудов филологического характера и ряд стихотворений на случай.
В 1538 г. он издал в Париже свою книгу «Кимвал мира» (Cimbalum mundi), выдав её за перевод с латыни. «Кимвал мира» представлял собой четыре сатирических стихотворных диалога, обличавших пустые речи, фанатизм и нетерпимость как католических, так и протестантских теологов. Написанная в подражание древнегреческому Лукиану, книга полна намёков и иносказаний, не разгаданных до сих пор. Книга была приговорена к сожжению как еретическая.
Посмертно вышли его «Новые забавы и весёлые разговоры», где анекдоты, юмор, веселье, широкая панорама Франции воплотили жизнерадостное свободомыслие Деперье, нашедшее продолжение в скептицизме Монтеня.

Кроме всей этой информации я нашел ссылку на то, что басня И.А. Крылова «Откупщик и Сапожник» является переработкой басни Лафонтена «Сапожник и Финансист», сюжет которой в свою очередь заимствован из рассказа Бонавентура де Перье «В ком нужда, уж того мы знаем, как зовут».

Все это убедило меня в том, что я на правильном пути. И я приступил к поиску в произведениях Деперье. Поиск по слову «кувшин» ничего не дал. Пришлось вести поиск по слову «молоко». И вот, удача! Я нашел, то что нужно! О, восторг первооткрывателя! :)))

Итак, новелла из книги Бонавентюра Деперье «Новые забавы и веселые разговоры».

Новелла XII.
Сравнение алхимиков с женщиной, которая несла на рынок горшок с молоком.

Всем известно, о чем обычно болтают алхимики. Они хвалятся, что могут приобрести неисчислимые богатства и что они постигли тайны природы, скрытые от всех остальных людей. Но в конечном счете все их труды превращаются в дым, а поэтому их алхимия заслуживает лишь названия искусства, которое изнуряет, или несуществующего искусства. Их можно, пожалуй, сравнить с той доброй женщиной, которая несла на рынок горшок молока и делала такой расчет: она продаст его за два лиарда; на эти два лиарда она купит дюжину яиц и положит их под наседку; из них выведется дюжина цыплят; когда цыплята вырастут, она сделает их каплунами; каждый каплун будет стоить пять су; это составит больше экю; на эти деньги она купит двух поросят – борова и свинку; они вырастут и принесут еще двенадцать; через некоторое время она продаст их по двадцать су за штуку; это составит двенадцать франков; на них она купит кобылу, которая принесет ей хорошенького жеребеночка; он подрастет и сделается таким резвым! Все будет прыгать и ржать: «Х-н! Х-н!» И произнеся это «Х-н!», добрая женщина, обрадованная своим удачным расчетом, принялась подпрыгивать, как ее будущий жеребенок. Прыгая, она уронила горшок и пролила все молоко. Прощайте, яйца, цыплята, каплуны, поросята, кобыла и жеребеночек! Такова же и судьба алхимиков. После всех их обжиганий, обугливаний, замазываний, раздуваний, процеживаний, прокаливаний, замораживаний, сгущений, растапливаний, стеклований, загниваний у них вдруг разобьется какой-нибудь аламбик, и они оказываются в таком же положении, как и эта добрая женщина.

Пожалуй, это самое яркое воспоминание о том цикле занятий. Хотя, были и другие задания, не менее интересные. Например, найти меню праздничного обеда в день посвящения в лицеисты учащихся первого набора Царскосельского лицея.
И я ОЧЕНЬ благодарен Ольге Владимировне Мельник за ее потрясающе интересные занятия и ни с чем не сравнимые чувства первооткрывателя, которые мне довелось испытать, благодаря ей!

PS: А на следующий год тема занятий была еще интереснее. Мы делали словарь-путеводитель по Санкт-Петербургу «Читая «Медного всадника». На занятиях Ольга Владимировна читала «Медного всадника» и детально разбирала это произведение. Не с литературной точки зрения, а с познавательной исторической и краеведческой (смотрите посты «Читая «Медного всадника» и «Большое окнище»).

источник

На гранитной скале сидит девушка. Подперев одной ладонью щеку и держа в другой черепок, она горестно смотрит на разбитый кувшин, из которого тоненькой струйкой течет вода. Вернее, вытекает молоко, ведь эта девушка — молочница Перетта, героиня басни Лафонтена «Молочница». В 1808–1810 годах на месте бывшего павильона Катальной горки в Екатерининском парке Царского села по распоряжению Александра I соорудили Гранитную террасу, а внизу у Большого пруда — Большую гранитную пристань. По зеленому склону проложили новые дорожки, связавшие террасу и пруд. А устье бокового канальчика, куда еще в 1770-х годах были выведены воды местного источника, скрытого под насыпью, оформили фонтаном. И еще через шесть лет, летом 1816 года, здесь появилась бронзовая фигурка, которой суждено было стать символом Царского села. На гранитной скале сидит девушка. Подперев одной ладонью щеку и держа в другой черепок, она горестно смотрит на разбитый кувшин, из которого тоненькой струйкой течет вода. Вернее, вытекает молоко, ведь эта девушка — молочница Перетта, героиня басни Лафонтена «Молочница, или Кувшин с молоком».

Уже кленовые листы
На пруд слетают лебединый,
И окровавлены кусты
Неспешно зреющей рябины,

И ослепительно стройна,
Поджав незябнущие ноги,
На камне северном она
Сидит и смотрит на дороги.

Я чувствовала смутный страх
Пред этой девушкой воспетой.
Играли на ее плечах
Лучи скудеющего света.

И как могла я ей простить
Восторг твоей хвалы влюбленной…
Смотри, ей весело грустить,
Такой нарядно обнаженной.
Анна Ахматова

Держа на голове кувшин с молоком, Перетта бежала в город на базар, а ее мечты — бежали далеко впереди нее: конечно же, за кувшин чудесного молока она выручит столько денег, что сможет купить сто яиц; вырастить из них и выкормить сто цыплят не составит никаких трудов; сто курочек легко обменять на поросенка, и «расходов будет грош»; а за крупного и хорошего поросенка она выберет в городе коровку или бычка и будет радостно смотреть, как они прыгают на лугу среди стада… Тут счастливая обладательница упитанного рогатого хозяйства от радости подпрыгнула — и уронила кувшин.

Бедная Перетта! С отчаяньем глядит она на черепки, на разлитое молоко, на разбитый кувшин — на разбитые мечты о курочках, поросенке и бычке… Такой запечатлел молочницу мастер декоративной скульптуры русского классицизма П. П. Соколов. Вернее, не совсем. Следуя традициям искусства начала XIX столетия, он изобразил не простую французскую крестьянку, а самую настоящую античную нимфу, изысканную, печальную, трогательную и необъяснимо притягательную… Вот и Александр Сергеевич, вспомнив ее осенью 1830 года в Болдине, посвятил ей «античные» строки:

Урну с водой уронив, об утес ее дева разбила.
Дева печально сидит, праздный держа черепок.
Чудо! Не сякнет вода, изливаясь из урны разбитой;
Дева, над вечной струей, вечна печальна сидит.

— словно «вечная струя», течет пушкинский стих. И нет уже мечтательницы Перетты, забыто назидание Лафонтена, даже прозаический кувшин не избежал чудесной метаморфозы! Ведь урна, круглая невысокая античная ваза с широким горлом, — не простой сосуд. Лежащая на боку, с выливающейся из нее водой, она в искусстве и Древней Эллады, и эпохи Возрождения, и более позднего времени указывала на божество, обитающее в реке.

Быть может, не традициям своего времени следовал скульптор, когда изображал героиню басни в облике античной девушки, а хотел запечатлеть божество, обитающее в Царскосельском парке. Вот уже два столетия оно хранит это место, вдохновляет поэтов и всех, чья душа открыта гармонии… И потому хочется вновь и вновь приходить к прекрасной печальной деве, смотрящей на воду, слушающей тихий говор незримого гения, живущего в источнике, — а вдруг и тебе он нашепчет что-нибудь чудесное.

В начале Великой Отечественной войны, перед вступлением в город Пушкин немецких частей, статую Молочницы зарыли в землю; благодаря этому фонтан не пострадал. Ныне бронзовый оригинал «Девушки с кувшином» (авторская гипсовая модель которой хранится в Государственном Русском музее) помещен в фонды музея-заповедника, а в парке установлена копия, отлитая в 1990 году.

источник

Соколов П. П. Девушка с кувшином. Екатерининский парк Царского Села, 1816

Девушка с кувшином (Молочница) — фонтан в Екатерининском парке Царского Села в Санкт-Петербурге (автор проекта — А. А. Бетанкур, скульптор — П. П. Соколов), памятник архитектуры начала XIX века федерального и международного значения.

Первоначально в этом месте находился родник, служивший началом ручья Вангазя. При Екатерине II к роднику построили каменную лестницу, а над струей и деревянным желобом, по которому она текла, была устроена арка на колоннах.

В 1808—1810 годах территорию между Большим прудом и Гранитной террасой превратили в уступы, были проложены дорожки, а устье бокового канала превратили в фонтан (проект инженера А. А. Бетанкура). Фонтан был запущен в 1810 году к столетию Царского Села. Статую создал скульптор П. П. Соколов. Первоначально она была алебастровой.Бронзовая фигура «Молочницы» появилась во II половине 1816 года. Она была отлита из бронзы в Академии художеств.Садовый мастер Иоганн Буш создал вокруг фонтана романтический ландшафт.

Дворцово-парковая администрация долгое время не знала точно места, откуда поступает вода в фонтан. В 1877 году струя из кувшина вдруг стала исчезать, обнаружилось, что чертежей водоподводящей системы нет. Специальные исследовательские работы были поручены инженеру Чернявскому. Ему удалось выяснить и зафиксировать на чертежах систему водоснабжения, устроенную Бетанкуром. Система была признана рациональной и потребовала лишь незначительной реконструкции.

Перед немецкой оккупацией статуя была зарыта, поэтому не пострадала, но разбитый сосуд был утрачен. Во время Великой Отечественной система водоснабжения города была уничтожена, а фонтан стал единственным источником питьевой воды для жителей Царского Села и окрестностей.

В 1945 году скульптуру вернули на место, в 1951 году был заново создан разбитый кувшин, из которого вновь полилась вода. В настоящее время подлинная статуя находится в фондах музея, а в парке стоит копия, которая была изготовлена в 1990 году.
Стройные пропорция тела и античное лицо девушки отразили представления эпохи классицизма о совершенной красоте. Девушка одета в античный хитон, а не в платье французской крестьянки, как у Лафонтена. Грубо обработанный постамент подчеркивает хрупкость девушки.

У её ног лежит разбитый кувшин, из него бежит струя воды, уходящая в сообщающуюся с фонтаном канавку. Первоначально это был бассейн, оформленный в виде грота, к которому вела лестница, сделанная из пудостского камня. Грот был ликвидирован в середине XIX века.

Сюжетом к фонтану послужила басня Лафонтена «Молочница, или Кувшин с молоком».

Перетта с кувшином молока на голове
Поверх платка
Спешила в город быстрым шагом.
Она нарочно была налегке —
Простая юбка, низкие башмаки;
А на ходу
Наша молочница прикидывала в мыслях,
Сколько дадут за молоко,
Как на эти деньги купит она сто яиц,
А это — целых три выводка;
«Если постараться,- рассуждала она,-
То будет совсем не так трудно
Развести курочек полон двор;
И даже самый хитрый лис
Тогда не помешает мне купить за них свинью;
А откормить свинью — еще того легче;
Когда свинья разжиреет в самый раз,
Я и ее продам за хорошие деньги;
И разве тогда по нынешним ценам
Я не заведу и коровку и теленка?
То-то он будет скакать в стаде!»
И от радости Перетта подскочила сама,
Кувшин упал —
Прощайте и коровка, и свинка, и курочки!
Хозяйка стольких богатств
Печальным взглядом обводит свою прибыль
И бредет объясняться к мужу,
Опасаясь, что быть ей битой.
Из этого рассказа был сделан фарс:
Он называется «Кувшин молока».
Кто в мечтах не выигрывал битв?
Кто не строил воздушных замков?
Пикрохол, и Пирр, и наша молочница,
И безумцы, и мудрецы —
Все мы грезим наяву в свое удовольствие,
Всех нас обольщает утешный обман:
И целый мир у наших ног,
И все почести, и все красавицы;
Когда я один — никто против меня не устоит,
Я низлагаю падишаха,
Я царь, меня любит народ,
Венец горит на моем челе;
Но чуть что-то стряслось, и я пришел в себя — ,
И я все тот же Жан-бедняга.

источник

В 1816 году в Царском селе близ Большого пруда Екатерининского парка был открыт фонтан «Девушка с кувшином». Прекрасная статуя, созданная скульптором П. Соколовым, внесла особое очарование в этот уютный уголок парка, привлекла внимание художников и литераторов. Грациозная фигурка девушки склонилась в светлой печали над разбитым кувшином, из которого истекает звенящая струя воды.

Скульптура создана по мотивам басни Жана де Лафонтена «Молочница и кувшин с молоком», но наполнена более глубоким содержанием. В басне молочница Перетта несёт в город на продажу кувшин с молоком и, мечтая о доходах и приобретённых на них благах, подскакивает от восторга, отчего

Молоко падает; прощайте телёнок, корова, свинья и цыплята,

Хозяйка этих благ, провожая грустным взором своё богатство,

Так неосторожно разлитое, идёт извиняться к супругу,

Сильно рискуя быть им побитой.

Соколов углубил содержание басни в своей скульптуре, которая, по словам В.А. Грехнева, «уже сама по себе принадлежит к такому уровню совершенства, с которым трудно соперничать». Вместо простой французской крестьянки перед нами совершенная античная девушка в изящной позе, чей печально – задумчивый взор обращён на разбитый черепок.

1 октября 1830 года, в пору Болдинской осени, знаменитый фонтан воспел А.С. Пушкин в стихотворении «Царскосельская статуя»:

Урну с водой уронив, об утёс её дева разбила.

Дева печально сидит, праздный держа черепок.

Чудо! не сякнет вода, изливаясь из урны разбитой;

Дева над вечной струёй вечно печальна сидит.

Пушкин отошёл от басни Лафонтена гораздо дальше, чем Соколов, в сторону обобщения и углубления философского содержания. Как отмечал Р.О. Якобсон, трудно опознать Перетту в вечно печальной деве пушкинских строк: «Утёс, печально сидящая дева, черепок, неиссякаемая струя воды из разбитого сосуда переняты у скульптора пушкинскими стихами, но все эти аксессуары испытали при пересадке глубокую метаморфозу в своей мотивировке и особенно в сюжетном осмыслении самих основ ваяния и парковой скульптуры». С такой оценкой согласен известный пушкиновед В.А. Грехнев, который пишет: «Свершилось чудо стихотворения. Жизненный миг преобразился, наполнился смыслом и, одухотворённый, перестал быть мгновением, сделался причастным вечности. Огромной мыслью о жизни и чуде искусства веет от последних пушкинских строк».

Творчество Лафонтена оказало колоссальное влияние на мировую литературу и искусство. Испытал это влияние и Пушкин. По свидетельству сестры поэта О.С. Павлищевой, он познакомился с баснями Лафонтена ещё до Лицея и подражал им в своих первых стихотворениях, написанных по – французски. Переработанные сюжетные заимствования из Лафонтена есть и в некоторых зрелых произведениях поэта. Например, Г.Н. Ермоленко указывает на сходство сценки переодевания мужчины в служанку в сказке Лафонтена «Спор трёх кумушек» с переодеванием парня в горничную Маврушу в поэме Пушкина «Домик в Коломне». Начало поэмы «Граф Нулин» похоже на завязку лафонтеновской «Молитвы св. Юлиана». Басни Лафонтена, по мнению многих исследователей, из всех произведений этого автора менее всего нравились Пушкину. В зрелости поэт относился к ним прохладно. В шести его более ранних стихотворениях (1815–1827 гг.), как установил Б.В. Томашевский, присутствуют реминисценции (то есть заимствования) из этих басен.

Читайте также:  Началась молочница во время уколов антибиотика

Царское Село. Фонтан «Девушка с кувшином»

В «Царскосельской статуе» есть лишь весьма неполное сюжетное сходство с басней «Молочница и кувшин с молоком», а реминисценции практически вообще отсутствуют. Пушкин не случайно включил это стихотворение в цикл «Анфологических эпиграмм», жанр которых передаёт колорит античного мироощущения. Пушкин превращает кувшин – в урну, камень – в утёс, воду фонтана – в вечную струю. Лаконичное стихотворение написано популярным в античности элегическим дистихом (гекзаметр + пентаметр) и относится к античному жанру экфрасиса – детализированного описания, как правило, скульптурной группы. По мнению С.А. Кибальника, «Царскосельская статуя» написана с ориентацией на экфрастические эпиграммы Дельвига «Надпись на статую флорентийского Меркурия» и «Купидону» (1820). Однако по сравнению с произведениями Дельвига стихотворение Пушкина обладает несравненно более сильным воздействием на читателя. Многие исследователи согласны с точкой зрения В.А. Грехнева, писавшего: «Царскосельская статуя» – произведение редкого художественного совершенства об античности и о «вечной струе» бытия, о мудрой печали человеческой, склонившейся над потоком жизни, и о могучей силе искусства, способной удерживать и заковывать в вечно живые формы творчества быстротечный миг. И вся эта бездна пространства сосредоточена в четырёх строках пушкинского текста…»

Неповторимое очарование пушкинского стихотворения породило целый цикл стихотворений русских поэтов, посвящённых прекрасному романтическому фонтану Екатерининского парка. Первым в своеобразное творческое состязание с Пушкиным вступил молодой поэт Михаил Деларю, выпускник V курса Лицея. Свои стихи «Статуя Перетты в Царскосельском саду» с пометой «с немецкого» он опубликовал почти одновременно с «Царскосельской статуей», но наверняка был знаком с пушкинским стихотворением раньше. Известно, что М.Д. Деларю общался с Пушкиным в кружке у Дельвига, активно сотрудничал в «Литературной газете» и «Северных цветах», где в 1832 году было опубликовано стихотворение «Царскосельская статуя». Помета «с немецкого» была устранена в более позднем издании стихов Деларю, на основании чего С.А. Кибальник предположил, что она была мистификацией. Деларю в гораздо большей мере, чем Пушкин, отразил в своих стихах сюжет басни Лафонтена:

Что там вдали, меж кустов, над гранитным утёсом мелькает,

Там, где серебряный ключ с тихим журчаньем бежит?

Нимфа ль долины в прохладе теней позабылась дремотой?

Ветви, раскройте секрет: дайте взглянуть на неё!

Ты ль предо мною, Перетта? – Тебе изменила надежда,

И пред тобою лежит камнем пробитый сосуд.

Но молоко, пролиясь, превратилось в журчащий источник:

С ропотом льётся за край, струйки в долину несёт.

Снова здесь вижу тебя, животворный мой гений, надежда!

Так из развалины благ бьёт возрожденный твой ток.

В превращении разлитого молока в «журчащий источник» Деларю увидел аллегорию потерянной и вновь возрождённой надежды. Стихотворение Деларю несравненно слабее по глубине содержания, поэтической красоте и силе воздействия, чем пушкинская «Царскосельская статуя». Содержательное сходство между двумя стихотворениями, написанными одним и тем же размером, совсем небольшое. «Нимфа долины» Перетта, «пробитый сосуд» и «журчащий источник» в стихах Деларю гораздо бледнее пушкинской печальной «девы», «урны» и «вечной струи».

В 1889 году к пушкинскому образу обратился поэт Константин Фофанов, воспевший в поэме «Дума о Царском Селе»

…в сумраке задумчивых кустов

Печальный лик склонившейся красотки.

Она грустит над звонкою струёй,

Разбив кувшин, кувшин заветный свой.

Она грустит безмолвно много лет,

Из черепка звенит родник смиренный,

И скорбь её воспел давно поэт,

И скрылся он, наш гений вдохновенный,

Другим певцам оставив белый свет.

А из кувшина струйка влаги пенной

По – прежнему бежит не торопясь,

Храня с былым таинственную связь.

В воображении Фофанова «Девушка с кувшином» неотделима от пушкинских строк и от образа самого великого поэта, а неторопливая «струйка влаги пенной» отображает связь современности и пушкинской эпохи.

В стихах, обращённых к Л.И. Микулич, Иннокентий Анненский рисует прекрасный и таинственный образ Царскосельского парка и представляет, что близ Большого пруда, где «нежно веет резедой», сквозь «туман седой» виднеется не «Девушка с кувшином», а

Водой, которой не разлиться.

Не случайно образ памятника Пушкину соседствует у Анненского с образом «нимфы с таицкой водой»: таинственная неиссякаемая струя воды в этом контексте ассоциируется со вторым стихом пушкинской «Царскосельской статуи».

Особенно часто обращаются к пленительной скульптуре Соколова поэты серебряного века. В 1916 году о ней писали Анна Ахматова и Василий Комаровский. Поэт и искусствовед Эрих Голлербах так отзывался о творчестве последнего: «Странный, утончённый стиль стихов Комаровского придаёт им очарование осенних цветов, осеннего увядания, шелестов, шорохов, веющих в глухих аллеях умирающего парка. Читая стихи Комаровского о Царском Селе, в равной мере ощущаешь прелесть воспетого им города и неподдельное своеобразие его собственной души». Действительно стихи В.А. Комаровского «Не этот павильон хандры порфироносной», где упомянута «Девушка с кувшином», весьма своеобразны. Поэт пишет о том, что ни Триумфальная арка, ни запруды, ни Раса – статуя Мира, воспетая Анненским, его «не влекут назад необоримо»:

Я буду вспоминать, по – новому скупой,

Тебя, избитую обыденной тропой,

Сочувствием вдовы, насмешкой балагура…

С рукой подпёртою сидящую понуро.

Я вечер воскрешу, и поглотят меня

Деревьев сумерки. Безумолчно звеня,

Пускай смешается с листвою многошумной

Гремучая струя и отдых мой бездумный.

Стихи Комаровского отличаются глубоко личным восприятием скульптуры и далеки от обращённого в вечность пушкинского стихотворения. Может быть, поэтому их критиковал поэт Н.В. Недоброво. Э.Ф. Голлербах в книге «Город муз» воображает прогулку по осеннему парку в вечернем полумраке таинственной пары: Анны Ахматовой и Николая Недоброво: «Перед «Девушкой с разбитым кувшином» поэт вспоминает строки Пушкина и Деларю, бранит стихотворение Комаровского. Женщина в чёрном испытывает что – то похожее на ревность, какой – то «смутный страх пред этой девушкой воспетой»…» Здесь имеется в виду известное стихотворение Анны Ахматовой «Царскосельская статуя»:

На пруд слетают лебединый,

Я чувствовала смутный страх

Пред этой девушкой воспетой.

И как могла я ей простить

Восторг твоей хвалы влюблённой…

Смотри, ей весело грустить,

В 1920 году Всеволод Рождественский упоминает «Девушку с кувшином» в сонете «Тяжёлым куполом покрыт наш душный храм». С нею сравнивается женщина, плывущая на барке по Неве и грустно смотрящая на воду,

…качая взор по ситцу влаги яркой,

Совсем как девушка, что в Царскосельском парке

Поникла на скале с отбитым черепком.

Современные поэты в своём творчестве продолжают обращаться к образу «Царскосельской статуи». В 1958 году Татьяна Гнедич сочинила красивое стихотворение:

Зелёный парк шумит, не увядая,

Минувшее не дальше, чем вчера…

Игру теней в раздумье наблюдая,

Сидит на камне вечно молодая

Лицейских муз бессмертная сестра.

Она молчит всё так же в грусти праздной,

Восторженно воспетой искони,

И вечных струй напев однообразный

Звенит, как в незапамятные дни.

И мнится мне – пред ней, пред этой тенью,

Внимая бормотанью ручейка,

Стоит Он сам в раздумье вдохновенья,

И держит боливар времён «Евгенья»

Украшенная перстнями рука.

По своему размеру (пятистопному ямбу) и содержанию эти стихи близко перекликаются с отрывком из «Думы о Царском Селе» Константина Фофанова.

Современная поэтесса Анна Шидловская назвала своё стихотворение так же, как и Пушкин, – «Царскосельская статуя»:

Осенний день. Источник. Клёны. Камень,

Усыпанный листвою алой густо,

Не тронутый суровыми веками.

Гляжу – и на душе светло и грустно.

Меня волнует строгое единство

Фантазии творца и грубой бронзы —

С кувшином девушка, скорбящая так дивно,

Чей стройный стан, как стебель свежей розы.

У ног листок пожухлый – призрак лета.

Склонилась, словно под тяжёлой ношей.

А слово Пушкина – источник света —

Не меркнет, красоту её умножив.

Две последние строки этого стихотворения довольно точно выражают чувства не только автора, но и многих поэтов конца XIX – начала XX века, обращавшихся в своих стихах к фонтану «Девушка с кувшином», на котором словно незримо начертано замечательное стихотворение Пушкина «Царскосельская статуя».

Приютино. Молочный павильон

КОННАЯ СТАТУЯ Беспокойные времена, наступившие во Флоренции по вине злополучного Пьетро Медичи, заставили Леонардо переехать в Ломбардию, где после смерти герцога Франческо Сфорца его наследник Лодовико, по прозвищу «Il Moro»[1], вознамерился возвеличить своего

КОННАЯ СТАТУЯ Беспокойные времена, наступившие во Флоренции по вине злополучного Пьетро Медичи, заставили Леонардо переехать в Ломбардию, где после смерти герцога Франческо Сфорца его наследник Лодовико, по прозвищу «Il Moro»[15], вознамерился возвеличить своего

Ветер и статуя Ветер, ветер свободный, Поговори со мной, Каменною, холодной Статуей неживой. Иве завидую гибкой, Плавному бегу струи… Вечною полуулыбкой Скованы губы мои. Вянут у ног моих розы, Дети приходят играть. Тягости каменной позы Смертному не понять. Ветер, ты

Тень и статуя О Сологубе и Анненском хотелось бы говорить особо… Осип Мандельштам. Буря и натиск В литературе высказывалось мнение об «известной созвучности» Сологуба и Анненского (Федоров, 1979, с. 566). Насколько оно верно, может показать только серия конкретных

источник

Речь пойдёт о маленькой девушке которая сидит, уже скоро пару веков, в пейзажном парке Екатерининского парка в Царском селе. Она одна из визиток это пригорода как русалочка в Копенгагене. «Девушка с кувшином»

У Большого пруда в пейзажном парке расположен поэтичный фонтан «Молочница», получивший известность как «Царскосельская статуя», или «Девушка с кувшином», занимает особое место среди парковой скульптуры Царского Села: это единственная скульптура, специально исполненная для Екатерининского парка. Она воспета А.С.Пушкиным в стихотворении «Царскосельская статуя» (1830).
Урну с водой уронив, об утес ее дева разбила.
Дева печально сидит, праздный держа черепок.
Чудо! не сякнет вода, изливаясь из урны разбитой;
Дева, над вечной струей, вечно печальна сидит.

В 1808–1810 годах по распоряжению императора Александра I началось благоустройство участка на месте бывшей Катальной горы под руководством садового мастера И. Буша и архитектора Л. Руски. Склон между вновь сооруженной Гранитной террасой и Большим прудом был оформлен в виде зеленых уступов, от террасы к пруду проложили новые дорожки, а устье бокового канальчика, куда еще в 1770-х годах были отведены воды местного источника, скрытого под насыпью, оформили фонтаном, устроенным по проекту инженера А. Бетанкура. Уже тогда возникла идея украсить эту часть Екатерининского парка скульптурами, однако фигура Молочницы появилась здесь лишь летом 1816 года. » Пейзаж у фонтана», первая часть XIX в., литография.
Статуя исполнена на сюжет басни Ж. Лафонтена «Молочница, или Кувшин с молоком». Молодая крестьянка по дороге на базар мечтает о своем будущем богатстве. Представив мысленно свои мечты осуществленными, она подпрыгнула от радости, забыв, что у нее в руках кувшин с молоком… Кувшин разбился, молоко разлилось, и опечаленная девушка раздумывает о своем несчастье. Так воздушные замки мечтателей обычно разбиваются реальной действительностью.
Скульптура была изготовлена в литейной мастерской Академии художеств по модели, созданной в 1810 г. Павлом Петровичем Соколовым (1764 — 1835). Соколов, мастер декоративной скульптуры русского классицизма, в традициях искусства начала XIX в. изобразил вместо французской крестьянки девушку в античной одежде. При всей отвлеченности образа он сумел с исключительным лиризмом и правдивостью передать настроение опечаленной девушки.

Фонтан спроектировал генерал-лейтенант Августин Августинович Бетанкур (1758 — 1824) — выдающийся инженер-механик и строитель, руководитель ряда крупных гидротехнических работ. Фонтан сооружен у подножия единственного на территории парка родника. Гранитная скала служит пьедесталом для бронзового изваяния девушки. Из водоносного слоя в напластованиях известняка, образующих тот холм, который завершен Гранитной террасой, вода поступала в бассейн. Этот соединенный с фонтаном бассейн был оформлен в виде грота; к нему вела лестница из пудостского камня. В середине XIX в грот уничтожили.

Почтовая карточка начало XX века. Город Царское Село, Фонтан Источник Молочница. Издание «Ришар» Ст.Петербург.
В начале Великой Отечественной войны, перед вступлением в город Пушкин немецких частей, статую Молочницы зарыли в землю; благодаря этому фонтан не пострадал. Фото 1944 г., возвращение фонтана. Ныне бронзовый оригинал «Девушки с кувшином» (авторская гипсовая модель которой хранится в Государственном Русском музее) помещен в фонды музея-заповедника, а в парке установлена копия, отлитая в 1990 году.

Жан Лафонтен
МОЛОЧНИЦА, ИЛИ КУВШИН С МОЛОКОМ

Удобно и легко одета,
Кувшин на голову поставив с молоком,
В короткой юбке, чуть не босиком,
Спешила в город на базар Перетта.
Себя мечтой веселой окрыляя,
Молочница решила молодая,
Что будет поставщик на деньги тароват:
«Куплю тогда яиц и выведу цыплят,
У дома, во дворе, их выкормлю прекрасно,
Лисица к ним залезть попробует напрасно;
Я все обдумала хитро, умно и тонко;
Продав цыплят, куплю, конечно, поросенка,
Чтоб вырастить свинью, расходов будет грош,
Ведь поросенок мой и крупен, и хорош,
А денег за него я получу не мало.
Хотела бы я знать, что мне бы помешало
Не нагружать себе напрасно кошелька,
А выбрать в городе корову и бычка,
Мне будет за труды достойная награда
Смотреть, как прыгают они средь стада».
Тут прыгнула она сама так высоко,
Что, уронив кувшин, разлила молоко.
К нему прибавились и новые утраты:
Погиб бычок, свинья, корова и цыплята.
С отчаяньем, полна тоски,
Она глядит на черепки,
На молока погубленного лужу,
Боясь предстать разгневанному мужу.
Все это в басню вылилось потом
Под именем «Кувшина с молоком».

Кто думал только о делах насущных,
Не строя замков на земле воздушных?
Мечтателей везде и всюду тьма,
Одни по глупости, другие от ума.
Все грезят наяву; мечтать отрадно нам:
Нас сладостный обман возносит к небесам.
Мечтаньям нашим нет предела и конца:
Для нас все почести, все женские сердца!
Я в одиночестве, как все, мечтаю,
Храбрейшему я вызов посылаю,
В мечтах я уж король, народами любимый,
Все новые венцы беру, непобедимый, —
Доколе жизнь безжалостной рукой
Меня не пробудит, вернувши облик мой .
перевод Б.В.Каховского

источник

Думаю начну серию статей по прогулкам. Но не полным отчётом, а по одному объекту. Не важно будь то скульптура, дворец, картина или что то ещё. Просто то что захватывает душу и глаза:). Вот допустим ходим мы часто около одного изваяния каменного. Кто и что примерно знаем, но примерно, а так интересно узнать немного побольше. Ведь там во глубине сибирских руд в истории ооочень много интересных фактов сокрыто и не каждый экскурсовод нам о них рассказывает.

Так вот сегодня пойдёт речь о маленькой девушке которая сидит уже скоро пару веков в пейзажном парке Екатерининского парка в Царском селе. Она одна из визиток это пригорода. «Девушка с кувшином»

У Большого пруда в пейзажном парке расположен поэтичный фонтан «Молочница», получивший известность как «Царскосельская статуя», или «Девушка с кувшином», занимает особое место среди парковой скульптуры Царского Села: это единственная скульптура, специально исполненная для Екатерининского парка. Она воспета А.С.Пушкиным в стихотворении «Царскосельская статуя» (1830).
Урну с водой уронив, об утес ее дева разбила.
Дева печально сидит, праздный держа черепок.
Чудо! не сякнет вода, изливаясь из урны разбитой;
Дева, над вечной струей, вечно печальна сидит.

В 1808–1810 годах по распоряжению императора Александра I началось благоустройство участка на месте бывшей Катальной горы под руководством садового мастера И. Буша и архитектора Л. Руски. Склон между вновь сооруженной Гранитной террасой и Большим прудом был оформлен в виде зеленых уступов, от террасы к пруду проложили новые дорожки, а устье бокового канальчика, куда еще в 1770-х годах были отведены воды местного источника, скрытого под насыпью, оформили фонтаном, устроенным по проекту инженера А. Бетанкура. Уже тогда возникла идея украсить эту часть Екатерининского парка скульптурами, однако фигура Молочницы появилась здесь лишь летом 1816 года. » Пейзаж у фонтана», первая часть XIX в., литография.
Статуя исполнена на сюжет басни Ж. Лафонтена «Молочница, или Кувшин с молоком». Молодая крестьянка по дороге на базар мечтает о своем будущем богатстве. Представив мысленно свои мечты осуществленными, она подпрыгнула от радости, забыв, что у нее в руках кувшин с молоком… Кувшин разбился, молоко разлилось, и опечаленная девушка раздумывает о своем несчастье. Так воздушные замки мечтателей обычно разбиваются реальной действительностью.
Скульптура была изготовлена в литейной мастерской Академии художеств по модели, созданной в 1810 г. Павлом Петровичем Соколовым (1764 — 1835). Соколов, мастер декоративной скульптуры русского классицизма, в традициях искусства начала XIX в. изобразил вместо французской крестьянки девушку в античной одежде. При всей отвлеченности образа он сумел с исключительным лиризмом и правдивостью передать настроение опечаленной девушки.

Читайте также:  Молочница при беременности как лечить у мужчин

Фонтан спроектировал генерал-лейтенант Августин Августинович Бетанкур (1758 — 1824) — выдающийся инженер-механик и строитель, руководитель ряда крупных гидротехнических работ. Фонтан сооружен у подножия единственного на территории парка родника. Гранитная скала служит пьедесталом для бронзового изваяния девушки. Из водоносного слоя в напластованиях известняка, образующих тот холм, который завершен Гранитной террасой, вода поступала в бассейн. Этот соединенный с фонтаном бассейн был оформлен в виде грота; к нему вела лестница из пудостского камня. В середине XIX в грот уничтожили.

Почтовая карточка начало XX века. Город Царское Село, Фонтан Источник Молочница. Издание «Ришар» Ст.Петербург.
В начале Великой Отечественной войны, перед вступлением в город Пушкин немецких частей, статую Молочницы зарыли в землю; благодаря этому фонтан не пострадал. Фото 1944 г., возвращение фонтана. Ныне бронзовый оригинал «Девушки с кувшином» (авторская гипсовая модель которой хранится в Государственном Русском музее) помещен в фонды музея-заповедника, а в парке установлена копия, отлитая в 1990 году.

Жан Лафонтен
МОЛОЧНИЦА, ИЛИ КУВШИН С МОЛОКОМ

Удобно и легко одета,
Кувшин на голову поставив с молоком,
В короткой юбке, чуть не босиком,
Спешила в город на базар Перетта.
Себя мечтой веселой окрыляя,
Молочница решила молодая,
Что будет поставщик на деньги тароват:
«Куплю тогда яиц и выведу цыплят,
У дома, во дворе, их выкормлю прекрасно,
Лисица к ним залезть попробует напрасно;
Я все обдумала хитро, умно и тонко;
Продав цыплят, куплю, конечно, поросенка,
Чтоб вырастить свинью, расходов будет грош,
Ведь поросенок мой и крупен, и хорош,
А денег за него я получу не мало.
Хотела бы я знать, что мне бы помешало
Не нагружать себе напрасно кошелька,
А выбрать в городе корову и бычка,
Мне будет за труды достойная награда
Смотреть, как прыгают они средь стада».
Тут прыгнула она сама так высоко,
Что, уронив кувшин, разлила молоко.
К нему прибавились и новые утраты:
Погиб бычок, свинья, корова и цыплята.
С отчаяньем, полна тоски,
Она глядит на черепки,
На молока погубленного лужу,
Боясь предстать разгневанному мужу.
Все это в басню вылилось потом
Под именем «Кувшина с молоком».

Кто думал только о делах насущных,
Не строя замков на земле воздушных?
Мечтателей везде и всюду тьма,
Одни по глупости, другие от ума.
Все грезят наяву; мечтать отрадно нам:
Нас сладостный обман возносит к небесам.
Мечтаньям нашим нет предела и конца:
Для нас все почести, все женские сердца!
Я в одиночестве, как все, мечтаю,
Храбрейшему я вызов посылаю,
В мечтах я уж король, народами любимый,
Все новые венцы беру, непобедимый, —
Доколе жизнь безжалостной рукой
Меня не пробудит, вернувши облик мой .
перевод Б.В.Каховского

источник

Вот уже почти два века зимой и летом, весной и осенью сидит она, подперев щёку рукой, и глядит отрешённо-задумчиво на разбитый кувшин, из горлышка которого тонкой струйкой течёт прозрачная и холодная вода. И совсем не обращает внимания на шелест деревьев и голоса посетителей Екатерининского парка, а посетители при виде её, конечно, вспоминают бессмертные строки, посвящённые ей поэтом, видевшим её рождение:

Урну с водой уронив, об утёс её дева разбила.
Дева печально сидит, праздный держа черепок.
Чудо! Не сякнет вода, изливаясь из урны разбитой,
Дева, над вечной струёй, вечно печальна сидит.

Э ти строки написал Пушкин осенью 1830 года в Болдине. Почему он вспомнил о печальной царскосельской деве в нижегородской деревне?

Это было время перехода Пушкина в новое качество — мужа, отца семейства, время своеобразного подведения итогов предыдущей жизни, время воспоминаний о прожитом и виденном. И, наверное, Пушкин вспоминал и о прежних увлечениях, о “девах” своей юности. Кто знает, может быть, перебирая их в памяти, размышляя о превратностях любви, поэт припомнил и ту, бронзовую, которой не грозили ни старость, ни морщины. Яркости припоминания способствовала и поездка поэта в Царское Село в 1829 году, после девятилетнего перерыва 1 .

Наверное, вернувшись мысленно в дни беспечной юности, Пушкин зримо представил и то, как появилась бронзовая печальная дева на гранитном пьедестале в царскосельском парке в 1816 году.

Автором её был Павел Петрович Соколов (1764–1835), видный мастер декоративной скульптуры классицизма. Он украсил Петербург фигурами грифонов на Банковском мосту, львов — на Львином и сфинксов у бывшего Египетского моста через Фонтанку.

Его “Молочница с разбитым кувшином”* — это героиня одной из басен поэта-классициста Жана Лафонтена (1621–1695), с творчеством которого был хорошо знаком Пушкин. Вот текст этой басни, имеющей название “Молочница и кувшин с молоком”:

* Фонтан и скульптура не имеют одного, строго определённого названия. — Ред.

Перетта с кувшином молока на голове
Поверх платка
Спешила в город быстрым шагом.
Она нарочно была налегке —
Простая юбка, низкие башмаки;
А на ходу
Наша молочница прикидывала в мыслях,
Сколько дадут за молоко,
Как на эти деньги купит она сто яиц,
А это — целых три выводка.
“Если постараться, — рассуждала она, —
То будет совсем не так трудно
Развести курочек полон двор;
И даже самый хитрый лис
Тогда не помешает мне купить за них свинью;
А откормить свинью — ещё того легче;
Когда свинья разжиреет в самый раз,
Я и её продам за хорошие деньги;
И разве тогда по нынешним ценам
Я не заведу и коровку и телёнка?
То-то он будет скакать в стаде!”
И от радости Перетта подскочила сама,
Кувшин упал —
Прощайте и коровка, и свинка, и курочки!
Хозяйка стольких богатств
Печальным взглядом обводит свою прибыль
И бредёт объясняться к мужу,
Опасаясь, что быть ей битой.
Из этого рассказа был сделан фарс:
Он называется “Кувшин молока”.

Кто в мечтах не выигрывал битв?
Кто не строил воздушных замков?
Пикрохол, и Пирр, и наша молочница,
И безумцы, и мудрецы —
Все мы грезим наяву в своё удовольствие,
Всех нас обольщает утешный обман:
И целый мир у наших ног,
И все почести, и все красавицы;
Когда я один — никто против меня не устоит,
Я низлагаю падишаха,
Я царь, меня любит народ,
Венец горит на моём челе;
Но чуть что-то стряслось, и я пришёл в себя —
И я всё тот же Жан-бедняга.

Как и всякая басня, эта содержит мораль: все человеческие мечты, наши воздушные замки разрушает беспощадная действительность.

Именно эту мысль подчеркнул в своём стихотворении, посвящённом статуе Перетты в царскосельском саду, современник А.С. Пушкина Михаил Данилович Деларю (1811–1868), вступивший с ним в своеобразное творческое соревнование:

Что там вдали, сквозь кустов, над гранитным утёсом мелькает,
Там, где серебряный ключ с тихим журчаньем бежит.
Ты ль предо мною, Перетта? — Тебе изменила надежда,
И пред тобою лежит камнем пробитый сосуд.
Но молоко, пролиясь, превратилось в журчащий источник:
С ропотом льётся за край, струйки в долину несёт.
Снова здесь вижу тебя, животворный мой Гений, надежда!
Так из развалины благ бьёт возрождённый твой ток!

С.А. Кибальник в работе “Антологические эпиграммы Пушкина” пишет: “В отличие от Пушкина Деларю в большей степени опирался на сюжет лафонтеновской басни о молочнице. Превращение пролитого молока в животворный источник служит поэту аллегорией разрушенных и вновь возрождённых надежд” 2 .

П ушкинский стих отличается лаконичностью, “удивительной пластикой и гармонией” 3 . Впрочем, пластика и гармония свойственны и скульптурным шедеврам, относящимся к пластическим искусствам. Вспомним причудливые изгибы тела нашей героини, льющиеся по нему складки одежды.

У Пушкина эта скульптурная пластика выражена в плавности стиха, которая достигается повторением одних и тех же слов, которые как бы формуют словесное изображение:

. дева разбила.
Дева печально сидит.
Дева, над вечной струёй, вечно печальна сидит.

Стих Пушкина как бы напоминает медленный ток воды в фонтане, которая “не сякнет” 4 . И повторы слов “вода”, “печально”, “урна” не создают монотонности, они не надоедают, как не надоедает нам долгое наблюдение за даже медленным движением воды.

В стихотворении А.С. Пушкина всего 25 слов, из них повторяющихся и однокоренных — 15. Такими малыми лексическими средствами создать шедевр мог, конечно, только Пушкин.

Пластика скульптуры подчёркнута и размером стиха, заимствованным из античной поэзии, — элегическим дистихом (чередованием гекзаметра и пентаметра). В пушкинском шедевре звучит “древний гомеровский ритм: медленный разбег каждого стиха, затем пауза, цезура посредине и плавный финал” 5 .

Стихотворение “Царскосельская статуя” входит в “Антологические эпиграммы” поэта, опубликованные в “Северных цветах” на 1832 год.

В этих произведениях каждая строка проникнута духом античности. Не случайно прозаическое слово “кувшин” (у Лафонтена) или нейтральное “сосуд” (у Деларю) у Пушкина превращается в “урну” 6 .

Урна во времена античности — сосуд для сбора и захоронения праха умерших. По происхождению своему слово “урна” связано со словом “кувшин”. Сведения об этом можно найти в “Этимологическом словаре русского языка” М.Фасмера, в “Историко-этимологическом словаре современного русского языка”.

Урна — не простой сосуд. В “Словаре сюжетов и символов в искусстве” Джеймс Холл пишет: “Урна — толстая круглая невысокая ваза с довольно широким горлом. Лежащая на боку, возможно, с выливающейся из неё водой, она является типичным атрибутом — как в античности, так и в эпоху Ренессанса и более позднее время — Бога, который, как считалось, обитал в реке”.

Именно такой сосуд, вероятно, увидел и описал чутко ощущавший не только своё время Пушкин. Одно слово изменило характер и содержание стихотворения: “. эпиграмма приобрела, помимо конкретного, также и универсальный смысл”, — отмечает С.А. Кибальник в своей работе “Антологические эпиграммы Пушкина”. — “Воплощая чудесное свойство скульптуры останавливать мгновение и делать его вечным, “Царскосельская статуя” в то же время представляет собой эпиграфическое стихотворение, утверждающее бессмертие искусства” 7 . Бессмертие искусства символизирует, на мой взгляд, неиссякаемый источник с его “вечной струёй” (мы говорим: “истоки творчества”, “творческая струя” и т.п.).

А почему же дева “печальна сидит”?

Творчество и человеческие чувства бессмертны (пока существует человечество), но каждый отдельный человек смертен. Потому-то дева так отрешённо-печально взирает на то, что, в отличие от человеческой жизни, вечно. Потому и пишет А.С. Пушкин: “Дева, над вечной струёй, вечно печальна сидит”.

“Вечная струя” противопоставлена “вечной печали” девы.

Только гению дарована вечность.

“Он победил и время и пространство”, — сказала о Пушкине Ахматова.

Юность Ахматовой прошла в освящённом пушкинским именем Царском Селе, где всё напоминало о том, что здесь сто лет назад

Смуглый отрок бродил по аллеям,
У озёрных грустил берегов.

Много раз гуляла и она по аллеям парка в Царском Селе, видела то же, что когда-то юный Александр Пушкин.

Среди знакомых Анны Андреевны были люди, так или иначе связанные с Пушкиным. Николай Владимирович Недоброво (1882–1919), поэт, критик, автор первой большой статьи о творчестве поэтессы в “Русской мысли”, возводил свою родословную к Пушкину, и поэтому в разговорах его с Анной Ахматовой имя Пушкина упоминалось не раз. В 1916 году, в одну из совместных их прогулок по аллеям Екатерининского парка, и родилось стихотворение “Царскосельская статуя”, которое имело посвящение “Н.В.Н.” — Николаю Владимировичу Недоброво 8 .

Любимое время Пушкина — осень — предстаёт у Ахматовой во всей своей печальной красоте:

Уже кленовые листы
На пруд слетают лебединый,
И окровавлены кусты
Неспешно зреющей рябины.

И среди этой идущей на убыль пред зимним замиранием природы — печальная девушка с разбитым кувшином:

И ослепительно стройна,
Поджав незябнущие ноги,
На камне северном она
Сидит и смотрит на дороги.

Ахматова пишет о своём восприятии этой скульптуры:

Я чувствовала смутный страх
Пред этой девушкой воспетой.

Не перед ней, наверное, а перед непостижимым волшебством четырёх пушкинских строк.

Вполне объяснима и женская ревность живой женщины к вечной, бронзовой:

И как могла я ей простить
Восторг твоей хвалы влюблённой.

Эти строки относятся, как считает В.Г. Маранцман, к Недоброво, спутнику Анны Андреевны, который вряд ли мог остаться равнодушным к прелестям “Молочницы с кувшином”. К нему же обращены и заключительные строчки стихотворения:

Смотри, ей весело грустить,
Такой нарядно обнажённой.

Как мы с вами видим в каждом, даже самом дальнем родственнике Пушкина частицу его самого, так, наверное, и в Недоброво Ахматова видела что-то пушкинское.

В.Г. Маранцман пишет: “При всей близости к пушкинской традиции и искреннем стремлении приблизиться к светлому мироощущению поэта Ахматова в этом стихотворении оказывается в плену конкретной ситуации и финальной строфой отодвигает статую, любуясь ею почти отчуждённо, Ахматова смотрит на статую ровно через сто лет после того, как её впервые увидел Пушкин. И этот век русской жизни был углублением трагизма поэтического мировосприятия” 9.

Драматизмом проникнута и фотография 1925 года 10 . Уже шесть лет нет в живых Н.В. Недоброво: он умер от туберкулёза в Ялте в 1919 году. Как и Пушкину, ему было всего тридцать семь. Анна Ахматова среди голых тёмных деревьев у царскосельского фонтана одна, рядом — только бронзовая девушка. В них есть что-то общее, какая-то хрупкая беззащитность. Взгляд Ахматовой обращён к своему бронзовому двойнику.

Иногда мне кажется, что царскосельская молочница хранит мысли тех людей, что приходят к ней. Но она не выдаёт нам своей тайны.

Д ва поэтических века одной парковой скульптуры. Пролетел над ней век девятнадцатый с его гусарами, дуэлями, войнами, она пережила трагедии бурного двадцатого.

Царскосельская бронзовая девушка — символ вечности красоты, той самой, которая, несмотря на безумное сопротивление, обязательно спасёт мир от его собственного безумия.

Хрупкая бронзовая девушка на гранитном камне. Что бы ни случилось, зимой и летом, весной и осенью она будет сидеть, подперев щёку рукой, глядеть отрешённо-задумчиво на разбитый кувшин, из горлышка которого тонкой струйкой течёт прозрачная и холодная вода.

1 Руденская С.Д. Царскосельский Александровский лицей. СПб., 1999. С. 322.

2 Кибальник С.А. Антологические эпиграммы Пушкина // Пушкин. Исследования и материалы, XII. Л., 1986. С. 159.

4 Это ощущение усиливается при слушании замечательного романса Ц.Кюи, положившего на музыку “Царскосельскую статую” Пушкина. Всего же известно более десятка музыкальных произведений композиторов, вдохновлённых на создание музыки пушкинским поэтическим шедевром.

5 Болдинская осень. М., 1982. С. 129, 130.

6 Якобсон Р.О. Стихи Пушкина о деве-статуе, вакханке и смиреннице // Якобсон Р.О. Работы по поэтике. М., 1987. С. 184–185.

7 Кибальник С.А. Антологические эпиграммы Пушкина // Пушкин. Исследования и материалы, XII. Л., 1986. С. 159.

8 Маранцман В.Г. “Царскосельская статуя” А.С. Пушкина и А.А. Ахматовой // Маранцман В.Г. Изучение творчества А.С. Пушкина в школе. М., 1999. С. 274.

10 Фотография из собрания В.К. Лукницкой помещена в журнале “Наше наследие” (1989. № 3. С. 79).

источник